Далее:
Пер. Белькандоу (н/к, 3250) Уровень выше: Техническое описание перевалов Назад: Пер. Турамыс-III (2Б, 5300)   Содержание


Пер. Бырс Восточный (3Б, 5300)

Перевал Бырс Восточный расположен в одном из северных отрогов хр. Петра I между пиками Шапак и Бырс и связывает лед. Шапак с лед. Бырс. Ориентация перевала: запад - восток. Характер: снежно-ледовый. Определяющая сторона: западная. Сложность определяется крутым и длинным перевальным взлетом со стороны лед. Бырс, к которой надо добавить еще прохождение очень непростого ледопада на лед. Бырс. Однако бывает, что и с неопределяющей восточной стороны приходится изрядно "покувыркаться". Мы прошли перевал с лед. Шапак на лед. Бырс, с неопределяющей стороны. Описание прохождения дается от лед. Шапак до р. Сугран.

22 августа в 1720 мы вышли с обеда на лед. Шапак напротив цирка пер. Турамыс-III, с которого только что спустились. Надо было быть совершенно слепым, чтобы не обратить внимание, что лед. Шапак по сравнению с прошлыми годами изменился до полной неузнаваемости

АХ: безобразный ледопад на лед. Шапак.

. Здесь произошла грандиозная подвижка. За два часа свободного лазания в кошках по серакам и трещинам нам так и не удалось пересечь ледник и попасть к нунатаку, вдоль которого раньше было удобно обходить всю рвань. Пришлось в 1910 заночевать в приемлемом, хотя и довольно задничном месте среди трещин примерно в центре ледника. На сон грядущий была еще сделана разведка вверх по леднику, которая показала, что и дальше все так же плохо.

Наутро 23 августа в 750 мы продолжили маневры. Обидно было, что ледник все время демонстрировал иллюзию того, что он якобы растрескан только поперек. Нам казалось, что не надо больше ходить вправо-влево, выискивая, где бы перелезть очередную трещину, а можно уже по какому-нибудь подходящему продолговатому сераку попасть направо (по ходу) под центральный нунатак. Мы пробовали, но не тут-то было. Ледник водил нас за нос. Перед самым нунатаком вдруг открывался широченный продольный разлом с пятидесятиметровыми отвесными стенами, который до сих пор из-за перегиба совершенно не угадывался. Приходилось возвращаться и продолжать распутывать лед. Шапак по центру.

Наконец, в 930 уже совсем близко от взлета на пер. Бырс нам удалось пробиться к нунатаку. Еще полторы ходки по не очень-то удобной боковой морене, и мы, обув кошки, в 1100 начали подъем в верхний цирк пер. Бырс. Перевальный взлет (500 м, 30o) оказался в этом году не снежно-ледовым, а чисто ледовым. Крутизна в отсутствие снега была близка к предельной: еще чуть-чуть, и было бы не обойтись без навески большого количества перил. Отдыхать на таком косогоре, скрючившись на передних зубьях и рискуя упустить вниз рюкзак, было тем более нереально. Так что невольно получилась полуторачасовая "самурайская"

ГС: подъем в верхний цирк пер. Бырс.

ходка. В 1300 мы поднялись на край большого снежного плато и остановились там до 1450 на обед с великолепным видом на пики Коммунизма

ГС: взлет в верхний цирк пер. Бырс. Поднимаются справа вдоль края большой осыпи.

ГС: подъем на пер. Бырс Восточный.

ГС: пики Коммунизма и Россия.

ГС: пик Евгении Корженевской.

и Евгении Корженевской. С этого плато, кроме нашего пер. Бырс Восточный, можно уйти еще на пер. Шапак (2Б) налево траверсом вершины п. Бырс и далее на лед. Шини-Бини, либо направо через пер. Хадырша (3А) на лед. Хадырша. Наш перевал прямо посередине цирка, мы дошли под него по снежному плато за одну ходку. На саму седловину выводит небольшой снежно-ледовый взлет менее 100 м высотой, обычно проходимый без страховки. В этот раз, однако, пришлось навесить одну веревку 50 м через бергшрунд и далее траверсом склона (бергшрунд оказался довольно широкий и с ажурными ненадежными мостами, преодолевался он не прямо под седловиной, а несколько левее ее по ходу). Седловина перевала широкая , здесь, как и чуть ниже на плато, можно ночевать. Тура на седловине нет, так как поблизости нет камней.

Спуск мы начали в 1640. Поздний спуск с этого перевала мог оказаться довольно рискованным мероприятием в том смысле, что можно было не успеть спуститься до ровного ледника засветло. Но пер. Бырс был нам хорошо известен, наши собственные технические навыки тоже, и мы рассчитывали, что должны успеть. В результате у нас все хорошо получилось.

До первого бергшрунда идется метров двести пешком, склон еще пологий

ГС: верхний цирк пер. Бырс.

ГС: внизу за перевалом лед. Бырс.

. Через бергшрунд навесили первую веревку, закрепленную на снежном щите. После бергшрунда склон делается круче, под ногами ненадежный мокрый снег на льду, так что навеска перил продолжается. Следующие две веревки крепятся также на щите, причем вторая из них уже выходит на голый лед, крутизна достигает 55o, и дальше тактика становится понятна сама собой: вешай перила сплошной ниткой на ледобурах и не рыпайся! Спускаться здесь надо по центру

ГС: пер. Бырс Восточный со стороны лед. Бырс.

перевального взлета: центр склона выпуклый, нет опасности камнепадов с бортов. И все шло у нас гладко. Но на последних двух веревках перевал устроил нам порядочную засаду. Дело в том, что в этом году погода летом была ненормально жаркая для района. В результате весь снег и фирн в обоих кулуарах растаял -- и слева, и справа от выпуклого ледового "пуза", по которому мы вешали перила. Эти кулуары превратились в порядочные бобслейные трассы, по которым текли целые реки талой воды, вымывая из склонов большое количество камней. Мелкая щебенка в общем-то не вылетала за пределы самих кулуаров. Но более крупные булыганы набирали по голому льду бешеную скорость и рикошетами иногда доставали до нашего пути спуска. Пришлось и нам пойти на хитрость. На предпоследней веревке, заметив, с какой стороны летит больше опасных рикошетов, мы отклонились от нашей выпуклости в направлении более глубоко прорытого и потому менее опасного правого (орографически) кулуара

АХ: последние веревки на спуске с пер. Бырс Восточный.

, одновременно как бы прикрываясь от более опасного левого выпуклым бугром склона. Сюда могли долетать только очень отдельные рикошеты, и то на излете, так что от них нетрудно было увернуться, надо было только все время за кулуаром наблюдать. В самой нижней части склона имеется большой бергшрунд с десятиметровым сбросом, после которого перила уже не требуются. Обычно этот сброс провешивают где-нибудь сбоку, где он менее крут, и где забит бергшрунд. Сейчас в целях безопасности мы умышленно поступили наоборот. Под нами в бергшрунде была обширная забитая на дне плотным снегом яма. Никакие камнепады в такой блиндаж залететь никак не могли. Так что мы спускались по последней веревке прямо на дно этого "блиндажа", там в безопасности спокойно сматывали веревку, прибирали на место снаряжение, затем, выглянув и убедившись, что сверху ничего не угрожает, выскакивали из ямы и быстро убегали несколько десятков метров вниз по склону до ровного безопасного места. Всего на этом ледовом спуске мы навесили 16 веревок (770 м перил). Нам удалось управиться с этим занятием достаточно оперативно, в 2100 мы закончили спуск и, отойдя еще чуть в сторону до горизонтального места, в 2115 остановились на ночевку. Смеркалось, но было еще достаточно светло. Задача успеть безопасно спуститься с перевала засветло была успешно решена, несмотря на незапланированную проблему на последнем участке, которому вздумалось неожиданно сделаться камнепадоопасным.

К сожалению, все это была еще только присказка, а самую засаду Бырс приготовил для нас впереди. Обычно по лед. Бырс можно было идти более или менее спокойно до угла, образованного скальным отрогом вершины 5659 (п. Веймар). Дальше начинался серьезный ледопад, который надо было обходить левым бортом, иногда, в зависимости от обстановки, и по скалам отрога. Но в этом году на лед. Бырс произошла такая катастрофическая подвижка, какую мы никак не могли себе представить. Самый что ни на есть полномасштабный ледопад, начавшийся практически сразу за перевальным взлетом, не дал нам пройти до упомянутого угла по левому краю ледника, а, перекрыв путь непроходимыми разломами, загнал налево на склон и заставил там упражняться в ледолазании

ГС: хмурое ледолазание на лед. Бырс.

. Но даже и это еще была только полужопица.

Выйдя 24 августа в 815 с места ночевки, за две ходки (точнее, "лазки") по изобилующим бергшрундами и ледовыми сбросами склонам левого борта ледника мы добрались до угла скального отрога, где по идее надо было, как всегда раньше, проходить ключевой участок ледопада. То, что мы там увидели, нас очень огорчило.

Прохода там не было

ГС: жуткий ледопад Бырса. В центре вершина, "поливающая" камнепадами.

.

Сказать, что подход к горловине ледопада был крайне камнеопасен -- значило не сказать ничего. Вершина 5659 буквально поливала подходы к своему отрогу непрерывными камнепадами, состоящими из булыжников всяких размеров, самые быстрые из которых иногда долетали чуть ли не до середины ледника. Здесь даже ни о каком риске не могла идти речь, оправданном или неоправданном. Проползти через этот заградительный огонь живыми все равно никак бы не получилось.

Наверное, надо было что-то предпринимать. Но что? Остановившись в безопасном месте, мы сходили с 1000 до 1200 в разведку с целью выяснения, нельзя ли как-нибудь проникнуть дальше не через угол п. 5659, а прямо по самому ледопаду, либо прорваться к правому борту ледника -- вообще-то там всегда было хуже, чем слева, но вроде бы хуже-то уже некуда? За два часа мы облазили со всех сторон все сераки, до которых вообще смогли добраться через страшные разломы, которыми ледник был нашинкован, как капуста

ГС: дикие разломы в ледопаде Бырса.

.

Пути не было.

А ведь мы, считай, практически прошли уже весь маршрут! Речь не могла идти о каких-то там основных или запасных вариантах, или даже об отказе от продолжения. Нам нужно было просто элементарно вырваться домой! Но Бырс захлопнул мышеловку у нас перед носом, перекрыл последнюю щелку, через которую мы рассчитывали отползти из этого гиблого места.

Вот теперь мы прочувствовали, что такое настоящая полномасштабная, глубокая, тотальная жопа!

Обстрел с п. 5659 только усиливался. Мы отошли еще дальше на центр ледника, нашли более или менее подходящую ледовую площадку

ГС: "мышеловка" в ледопаде Бырса. Впереди горловина, куда не так-то легко попасть...

среди сераков на безопасном удалении от камнепадов и в 1230 остановились там на полудневку. У нас появился план, но мы пока еще не знали, может ли из него что-нибудь получиться. Солнце припекало. Непрерывные камнепады грохотали неподалеку. Прогуливаться можно было только в радиусе десятка-другого метров. Здесь было тоскливо, как в клетке, но деваться было все равно некуда. Только ждать. Запасных жизней никому не дали.

На этой же площадке мы и заночевали. Но перед самым наступлением темноты, уже в сумерках, когда интенсивные камнепады с п. 5659 прекратились, и были только эпизодические, причем камни уже не разгонялись так сильно и не залетали очень далеко на ледник, с 2000 до 2130 мы сделали еще одну решающую разведку. Мы ощущали, что, если не пройдем здесь сейчас, то останется разве что лезть назад на еще один сложный перевал. Мы распутали поле мрачных сераков и приблизились к перегибу ледопада, где начинались гигантские сбросы, с целью выяснить, нельзя ли как-нибудь просочиться через горловину, но не под самими скалами, куда даже и ночью доставали отдельные камнепады, а под прикрытием больших сераков на расстоянии нескольких десятков метров от камнеопасных скал.

На этот раз нам повезло. Оказалось, что можно, бросив с серака одну веревку 45 м, спуститься на дно разлома, по которому вроде бы просматривался проход дальше за угол до безопасного места. Чтобы сэкономить время утром, мы оставили навешенную веревку на сераке и вернулись к палатке.

25 августа мы, для большей быстроты не завтракая, сделали экстремально ранний выход в 655. По глубоким утренним сумеркам подошли к сераку, где висела оставленная с вечера веревка. К этому моменту только начался рассвет. Мы оперативно проскочили перила, сдернули их и быстро убежали за угол, пока еще не пошли большие камнепады. Через сотню метров встретился еще один ледовый сброс, где понадобилось повесить еще одну веревку 50 м. Но к счастью, здесь уже не было камнепадоопасности. Пройдя это задничное место, мы поднялись немного на снежно-ледово-осыпной склон левого борта ледника, где нам удалось обойти верхом еще часть ледопада. Уже перед самым поворотом лед. Бырс на северо-запад путь преградила глубокая промоина с очень крутыми стенками. Для спуска на дно промоины мы навесили еще одну веревку 50 м. Подниматься на другой берег не понадобилось, туда можно было проскрестись по дну оврага. Дойдя до относительно ровного места, где уже больше не понадобятся веревки, в 1000, мы всухомятку наскоро перекусили и еще за ходку (к 1100) пересекли уже вполне проходимый в этом месте ледник в направлении начинающихся у противоположного, правого борта, морен. Дальше технических сложностей уже больше нет. Морена спускается в правый карман

ГС: правый моренный карман Бырса.

, поросший травой. Там течет ручей, и есть хорошие места для ночевки. Сюда мы пришли в 1200 и с чувством глубочайшего умиротворения остановились на обед.

Путь дальше до самого Суграна все время идет по этому правому моренному карману, постепенно переходящему в долину крупного ручья. По мере приближения к Суграну крутизна спуска увеличивается, ущелье сужается, встречаются участки прижимов и даже небольшой каньон, которые, однако, легко проходятся низом или обходятся чуть выше по борту. Начинается арча, кусты черной смородины и прочая приятная растительность. Выйдя с обеда в верховьях ручья в 1415, мы к 1745 (за три с половиной ходки), по дороге поедая смородину, пришли в знаменитую реликтовую березовую рощу

ГС: Березовая роща.

на слиянии рек Бырс и Сугран, нашли там хорошую стоянку под толстыми березами рядом с чистым ручьем и заночевали.

Таким образом, всего при прохождении пер. Бырс Восточный группа навесила 20 веревок (965 м перил), из них одну веревку (50 м) на подъеме в обход бергшрунда, 16 веревок (770 м перил) непосредственно на спуске со взлета и три веревки (145 м перил) при прохождении ледопада лед. Бырс. По сравнению с прошлыми годами перевал значительно усложнился и стал гораздо более опасным, чем когда либо ранее, из-за особых климатических условий этого лета. Сильно изменился в результате большой подвижки лед. Шапак, превратившийся фактически в еще один труднопроходимый ледопад. Существенно усложнился и стал исключительно опасным в результате катастрофической подвижки и активного снеготаяния ледопад на лед. Бырс. Для нас, конечно, был не секрет, что до полного прохождения пер. Бырс вместе с его ледниками нельзя расслабляться. Мы и не расслаблялись, но в этом году перевал потребовал от группы совершенно особого запаса прочности, опыта и железных нервов, чтобы преодолеть все преграды и при этом удержаться от опрометчивых действий, не ломануться на рожон, не пренебречь безопасностью.

После обильного снегопада пер. Бырс Восточный может, по-видимому, оказаться лавиноопасным, особенно с западной стороны. Что может происходить с этим перевалом, когда трещат ледники и расстреливают камнепадами горы, понятно из описания нашего прохождения. Эти факторы желательно учитывать, включая пер. Бырс в нитку маршрута, и предусматривать запасные варианты. Одним из таких вариантов мог бы служить, например, траверс п. Шапак - п. Гоголя12.



Примечания

...12
Библиотека МГЦТК, отчет 5280, рук. Сергей Костин, 1989 г.


Далее:
Пер. Белькандоу (н/к, 3250) Уровень выше: Техническое описание перевалов Назад: Пер. Турамыс-III (2Б, 5300)   Содержание


Георгий Сальников, sge@nmr.nioch.nsc.ru
г. Новосибирск, 2008 г.